August 21st, 2012

Переправа

Чёрный монах

Чёрный монах

Один из моих давних знакомых, долго и медленно шел к православию. И чего только не перепробовал – от Йоги до Ошо, от Иеговистов до пятидесятников, и так медленно и прочно влюбился в церковь православную, что я порою по-хорошему завидовал.


[Spoiler (click to open)]


Однажды, ремонтировал, покрывал купол церкви… Церковь и впрямь прекрасна. Шатровая церковь Гребневской иконы Божьей матери, а рядом, летняя, деревянная – храм «Спаса Нерукотворного». Строил обе - ученик Васнецова, Вашков. Высота куполу – метров тридцать. Не удержался он, упал. Ни одного перелома.


После этого, принял монашество в миру. Ходил на литургию в монашеском одеянии. И вот, вдруг – нет его ни на одной службе, ни на другой. Крестный ход – нет его и в хоругвеносцах. «Где же он, заболел, умер?» - «Ушел в другую церковь». – «Как, почему? И сколько народу смутил, ведь мы смотрели на него, радовались». Отвечают – молчком, кивком, разводят руками…


И вот вижу, идет. Все такой же, проворный, быстрый на ходу, не смотря на возраст. Оказывается, узнал, что церковь взяла «ЭН-ЭН-ЭН». Так и что? Ведь это – напротив, о благодати говорит. Церковь гнетут, а она стоит. «Нет, отвечает, чувствую, не стало благодати…» - «Да как же ты чувствуешь ее, благодать-то, святой ты что ли, кайся…».


Шел своей дорогой и думал: добились своего, рыжие, и ведь как прост замысел у них: не примет церковь «ННН», - проще будет за нее, за церковь нашу спрятаться, скрыться – за протестом Патриарха, спрятать свой черный бизнес, (и спрятали!) свои шекели, примут – как так приняли, сатане поддались! «Безблагодатные»…


Между тем, как известно, раскол не смывается даже кровью.


Но не мои слова, ни запись «Слова Иоанна Крестьянкина, Николая Гурьянова, О. Кирилла, даже и самого Патриарха» - не убедили моего богомольца…


А грех-то не в «ННН», и не в церкви, и даже не в измышлениях против церкви, против православия: пожертвовал на церковь, даже на свечу венчальную или на Литию – воздай и налог, подать незримому мытарю… Вечному мытарю. Да ведь эта свеча – и так подаяние, милостинка, жертва на церковь, какой же с нее еще налог? Ан – нет, заплати и Кесарю…


И все же, если подумать - грех один и он – в нас: гордыня…

Василий Киляков

Источник изображения: fotki.yandex.ru

Постоянный адрес материала